anton21 (anton21) wrote,
anton21
anton21

геноцид руских в 1939 во львове

объяснение лежит в проблеме Упыря , - как поработителя руских земель, территорий РИ :
интернационалисты использовали руский народ как ширму - поэтому в сознании местного населения закрепилось убеждение, что руский язык-это язык врага.


Львов

Я видел, как тут уничтожали поляков, евреев, украинцев, цыган, – рассказывает Иван Иванович,
- однако первыми в 1939 году здесь репрессировали Руских, РН.

[читать далее в Руском Вопросе]




К ним пощады не было. Под статью «измена Родины» попали также местные украинцы-москвофилы и многие другие… Их убили наши, совецкие русские».
Ивану Ивановичу под девяносто. Уроженец небольшого городка в Средней полосе России, он был послан во Львов совецким разведчиком. Работал землеустроителем. Был свидетелем немецко-фашистской оккупации. Позже участвовал в борьбе с украинским националистическим подпольем. После выхода в отставку Иван Иванович возглавлял крупную хозяйственную организацию, построившую во Львове и области многие важные объекты. Он попросил слегка изменить его имя.
Боятся ему нечего, мол, здесь нет секретов. Все во Львове это знали. «Я хорошо живу во Львове, — говорит Иван Иванович, — Украина платит мне генеральскую пенсию, и я ни в чем не нуждаюсь».
После революции в России в 1917 г. Львов стал важным перевалочным центром для руской эмиграции. Через Львов эмигрировали многие известные люди, писатели, военные, политические и духовные деятели. Киевский Митрополит Антоний (Храповицкий) ставший впоследствии главой Русской Православной Церкви За Границей писал в воспоминаниях, как он и епископ Евлогий ( впоследствии митрополит и управляющий русскими православными приходами Московской Патриархии в Западной Европе) попали
из революционной России в тихий и благополучный Львов без копейки денег и были радушно приняты греко-католическим Митрополитом Галицким Андреем (Шептицким), снабдившего духовных владык деньгами и помогшего продолжать свой путь.
Во Львове осели солдаты и беженцы, ушедшие из России с остатками разбитой Добровольческой армии генерала Деникина.
Накануне присоединения Западной Украины к СССР во Львове жило 2,5-3 тысячи руских, действовали две руские гимназии, выходила газета на руском языке. Руская жизнь концентрировалась вокруг Георгиевского собора (по нынешней улице Короленко).
При Львовском университете существовал Руский студенческий союз (не путать с Русинским союзом, который там тоже был).
Эти руские люди первыми стали жертвой геноцида РН сво Львове того времени.
Первыми расстрелянными чекистами в злопамятной тюрьме по ул. Лонского были руские люди, жители Львова.
Жаль, что когда уже про независимой Украине там создавался музей и были установлены мемориальные плиты,
то не упомянули руских вместе с расстрелянными там малороссами, поляками и евреями.
По словам львовского краеведа Марко Симкина вкраинские власти Львова не хотели никаких упоминаний руских.
Похоже, что для некоторых вкраинских деятелей невероятно слышать, что жертвами сталинского террора были кто-то еще, кроме вкраинцев.  Впрочем, на установленном на Яновском кладбище памятнике репрессированным, руские жертвы упомянуты вместе с другими национальностями.
Одновременно аресты, расстрелы и депортации руских людей шли и там, где руские никогда эмигрантами не были
– на Волыни, Подолье и Ковельщине, которые до 1918 года входили в состав Российской Империи.
Активист Руского Культурного центра во Львове, почетный член Руского общества им. А. Пушкина, организатор многих литературно-музыкальных вечеров в Руском культурном центре, доцент Львовского университета 85-летняя Лидия Смыкалова много лет была
примером совецкого гражданина и лишь в 2007 году она рассказала свою историю, которую ей приходилось скрывать всю жизнь. Лидия выросла в именье на Волыни. Когда пришла совецкая власть, ей пришлось скрываться в хаосе, порожденном сталинскими репрессиями. Во Львове она встретила и вышла замуж за молодого партийца, присланного сюда «на укрепление кадров». За его широкой спиной она уцелела. Никому в голову не могло прийти, что миловидная русоволосая женщина, жена ответственного партийного работника на самом деле из семьи врага народа. Она поведала свою историю страха и страданий.
Судьбой руских во Львове и на Западной Украине много занимался замечательный историк и археолог,
профессор Игорь Свешников.

Свешников снискал международную известность своими археологическими раскопками
на полях боев возле Берестечко, где польские войска разбили казаков Богдана Хмельницкого
и союзных ему крымских татар. Свешников обнаружил под Звенигородом (Львовская область) первые украинские берестяные грамоты, исследовал следы первобытной культуры на Львовщине и Ровенщине. Ему принадлежит описание заповедника «Казацкие могилы».
Однако Игорь Кириллович имел в совецкое время свою тайну. Он был сыном царского офицера и вырос в имении в селе Хотын на Волыни. Свешников собрал большой материал
об уничтоженных руских людях Западной Украины. Однако ни в совецкое, ни в пост-совецкое время эта тема во Львове не могла быть поднята. Львовский краевед Марко Симкин видел эти материалы у Свешникова, но не знает, куда они делись после его смерти в 1995 году.
Не известно ничего о судьбе материалов львовскому краеведу и экскурсоводу
Татьяне Сукоркиной, хорошо знавшей Свешникова.
Сама Сукоркина тоже происходит из чудом уцелевших руских с Волыни.
Ее предком был волынский вице-губернатор.

Иван Иванович и Марко Симкин оценивают количество уничтоженных руских людей в 25-30 тысяч.
«Быть руским во Львове в глазах органов автоматически означало, быть эмигрантом, контрреволюционером, предателем Родины, — говорил Иван Иванович, — Их уничтожили потому, что они были рускими».
Это уже подпадает под определение геноцида руских, осуществленного совецкими русскоязычными.
«Они могли быть людьми разных национальностей, — говорит Татьяна Сукоркина. — Однако они пришли из России, говорили по-русски и для львовян они были русскими».
Приказы о расстреле руских людей писались и отдавались здесь на руском языке. «Мне часто приходится объяснять людям, которые не знакомы с нашей историей, причину некоторой напряжённости и недоверия к руским и вообще русскоговорящим, приезжим из России. – говорит Татьяна Леонидовна, — Идеи большевизма ведь на наших территориях появились в 1939 г., когда «Красная Армия взяла под защиту население Западной Украины».
Именно тогда начались репрессии, гонения на религию, ссылки в Сибирь и лагеря, а затем и депортация поляков, организация колхозов, уничтожение частной собственности и интеллигенции и все прочие прелести.
Вот носителями этой идеологии и исполнителями новых требований, этой ненавистной властью как раз были русскоязычные люди. И в сознании местного населения закрепилось убеждение, что руский язык-это язык врага.
Это не имеет отношения к руским, как к народу».

Активисты Руского общества им. Пушкина Лидия Смыкалова и Олег Петров — известный журналист, писатель, бывший пограничник, полковник в отставке.





Tags: западенцы, малороссия, руский вопрос, ссср-ия, упырь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments